“Чердак” взял интервью у Михаила Соколова о том, как начиналась социология в России, чем занималась в СССР и и что она представляет собой сейчас. Отдельно поговорили о том, куда социология движется сейчас, после того, как окончился этап ретрансляции западных идей российской аудитории.  Новый этап ключевым делает вопрос, чем социология может быть интересна за пределами региональных исследований.

Задача определиться, что дает Россия для понимания социальной организации вообще, была решена очень плохо. Если бы вдруг я был уполномочен ставить задачи перед российской социологией в целом, то именно эта задача стояла бы первой. Когда мы с коллегами создавали исследовательский центр в Европейском университете, то написали декларацию принципов, в которой первой строчкой стояло, что мы пишем для неизвестного нам социолога из Аргентины, имея в виду, что мы хотим объяснить, как работают институты науки и высшего образования вообще. Но как сделать российский случай интересным и важным для читателя из Аргентины, который, вероятно, никакого специального интереса к России не испытывает? Как показать, что, не поняв, что происходит в России, нельзя понять Аргентину? Задача сложная, но не заведомо невозможная.